Дурак

Дурак

Когда они познакомились, он не считал её особенно умной. У них иногда возникали недоразумения, но в целом им было хорошо вместе. Поэтому они поженились. Она хотела ребёнка и семью, он тоже. Их цели совпали, поэтому по жизни они пошли вместе.

Он часто удивлялся, какая она в общем-то дурочка. Когда она говорила о чём-то, он понимал, что особым интеллектом её Бог не наделил, но он ей всё прощал. Женщине можно быть дурочкой. К тому же, она была его женой и матерью его будущего ребёнка.

Когда возникали особенные конфликты, он сажал её напротив себя, объяснял своё мнение и давал ей право объяснить своё. Но она в ответ молчала. Его это не смущало.
— Какая же дура у меня жена, — иногда с негодованием говорил он сам себе. Но гнал от себя глупые мысли, потому что мужская ответственность за семью брала верх.

После рождения ребёнка она изменилась. Заметно и как-то сразу. Он переместился на второй план после ребёнка. Жена в семье стала руководить всем, потому что всё в семье вращалось вокруг ребёнка.

Потребности ребёнка стали высшим приоритетом, а распоряжения жены, как матери ребёнка, становились законами. Законы нельзя обсуждать, потому что невыполнение закона равносильно предательству и подлежит наказанию смертью. Он это чувствовал так. Жена, отдавая приказы, была настолько серьёзной и строгой, что у него даже не возникало желания перечить.

Многие приказы жены он считал дурацкими. Будь он тем, кто принимает решения в уходе за ребёнком, он поступил бы иначе. Но он не возражал, потому что она была матерью его ребёнка, а он матери ребёнка помогал.

Примерно тогда же она начала на него кричать. Повод появлялся всегда. Не те памперсы купил, не так компотик подогрел, не вовремя с работы пришёл. Он старался быть очень ответственным, а также очень любил жену и своего ребёнка, но ему всё чаще стало хотеться задерживаться на работе.

Он чувствовал, видел и понимал, что его жена совершает очень дурацкие поступки. Здесь она должна была бы сказать иначе, а здесь ей лучше было бы поступить по-другому, а тут ей стоило бы не кричать, а наоборот сказать ему доброе слово. Но он молчал. Она была постоянно нервная, и он не хотел её смущать дурацкими нравоучениями.

Со временем он обнаружил, что в своей семье он стал мало говорить. Больше говорила жена. А всё, о чём говорила жена, сводилось к ребёнку. Он с женой говорил мало. Он практически перестал с женой говорить о том, что было нужно ему. На первом месте встали потребности ребёнка и его матери.

Когда ребёнок пошёл в детский сад, жена начала какое-то дурацкое нытьё. Ей казалось, что она уже ни на что не годна. Что она после родов и декрета чувствует себя полной дурой, а потому годна работать только нянечкой или уборщицей. Поэтому он поступил, как умный и любящий муж. Он оплатил ей обучение. Он оплатил ей психолога. Он оплатил ей курсы развития женственности. Он сидел с ребёнком, пока она училась и работала.

Он радовался за жену. С каждым днём дурацкое нытьё жены становилось всё меньше. Росла её самооценка. Жена становилась увереннее. Её карьера росла.

Она устроилась на одну работу, потом на другую, потом на третью. И однажды она уже стала зарабатывать больше, чем он.

Она много времени проводила на работе и всё меньше времени проводила с ним. Дома она появлялась редко, а если появлялась, то с ним говорила мало. Иногда он узнавал о её успехах, новых друзьях и престижных знакомых.

Как-то утром она вызвала его на разговор:
— Нам нужно расстаться. Мы с тобой слишком разные. Ты совсем не развиваешься. Посмотри на себя. Ведь ты дурак.